Статистика

К осужденным по политическим статьям особое отношение. Их всегда больше сидит в ШИЗО и ПКТ. Их постоянно лишают передач и свиданий за выдуманные нарушения. Запрещают общаться между собой.

Спали на полу, благо он был дощатым. Окна были наглухо закрыты. Единственным источником доступа свежего воздуха была «кормушка», если удавалось уговорить контролера ее приоткрыть. Еда была отвратительна по вкусу и её было мало. Свет никогда не выключался.

Отбой в 22:00, поднимали в 00:00-2:00-4:00, в 6 подъем, спать в течение дня нельзя, мыться не водили, все время горел свет яркий, даже ночью, били по ногам во время проверок, причем иногда даже со всей силы. Куча клопов и жуткая антисанитария.

Самая унизительная процедура во время отбывания наказания: личный обыск. Под камеру. Спасибо, что хоть не наголо, а до нижнего белья. Но руками под бельём некоторые из сотрудников (женщин, конечно же) любили полазить. Противно... До сих пор противно...

Было очень холодно, в камерах рядом люди просили выдать им постельные принадлежности, но никому ничего не выдавали. А через несколько дней и у нас забрали матрас с подушкой. И последние дней пять мы жили в холоде. Так что даже и контролер однажды мне сказал: «Ну, ничего, тебя вечером на Володарку переводят, там будет легче».

Полы каменные, шконки металл, лавка тоже металл, холодно, стекла в окнах побиты либо отсутствуют (одно стекло из двух рам), ооооочень много тараканов, письма некоторые не доходили, таблетки не всегда давали.

Медицинская помощь отсутствовала совсем (а если лечили, то не тем, что нужно: с онкологией легких я получил сразу таблетки для желудка, а потом и вовсе успокоительные). Запрет на обучение для политических, запрет на посещение спортгородка.

С нами были постоянно 3 бездомных и еще 2 женщины из «рабочей» камеры, одна с Ковидом, одну специально подсадили, чтобы она провоцировала других, что ей иногда удавалось. Лекарства передавали не всем и не в полном объеме. Врач, смеясь, предлагала всем пить сырую воду от запора.

Зимой убирали снег, тягали в мешках на себе, долбили лёд, на территории не должно быть ни одной снежинки, все очищали до асфальта и так всю зиму, летом ни одной капли дождя на асфальте, гребли лужи, мели их, на вопрос, куда девать воду, которая собралась в ямах, руководство отвечало — себе в карман.